АналитикаПодробно

Возможное возвращение прокурора: что нужно помнить об Ираклии Шотадзе?

Tags

Ираклий Шотадзе, предпоследний генеральный прокурор Грузии, спустя двадцатимесячной паузы готовится вернуться на свой прежний пост. Однако страсти по делу, в связи с которым Шотадзе ушел в отставку, еще не улеглись.

Должность генерального прокурора стала вакантной в декабре 2019 года. Последний генеральный прокурор Шалва Тадумадзе вступил в ряды судей Верховного суда страны, назначенных бессрочно. В середине января Прокурорский совет, который руководит процессом отбора руководителя ведомства, опубликовал список 17 кандидатов, среди которых числится также и безусловный фаворит правящей партии Ираклий Шотадзе. Если совет представит кандидатуру Шотадзе в Парламент, а последний поддержит ее, Шотадзе вернется к должности на шестилетний срок.

Волна протеста в связи с делом «убийства на улице Хорава» смела Ираклия Шотадзе с должности в мае 2018 года. Парламентская временная следственная комиссия, созданная для расследования дела, обнаружила многочисленные нарушения в работе прокуратуры. Указанное, в первую очередь, выразилось в грубом вмешательстве в процесс расследования со стороны дяди главного свидетеля по делу — Мирзы Субелиани. В прощальном слове Шотадзе говорил о «сведении политических счетов» со стороны прежней власти (Единого национального движения) и заявлял, что под его руководством многие бывшие чиновники ответили перед законом. Шотадзе выразил надежду, что, его уход из системы будет способствовать восстановлению доверия граждан к прокуратуре.

В то время политики правящей команды действия Шотадзе встретили с одобрением. Председатель Грузинской мечты Бидзина Иванишвили назвал этот шаг Ираклия Шотадзе установлением «нового стандарта» ответственности публичных служащих. Представители Грузинской мечты выражают такую же удовлетворенность в связи с перспективой возвращения Шотадзе, как и прежде – в связи с его отставкой. Мне не понравилось решение Ираклия Шотадзе уйти в отставку тогда, и с тех пор эту позицию я никогда не меняла, — заявила министр юстиции Теа Цулукиани, напомнила о «гуманизированном процессе правосудия» Шотадзе. Спикер парламента Арчил Талаквадзе не исключает, что возможно, за кандидатуру Шотадзе увидим в числе тех, кто будет баллотироваться в законодательный орган. Его заместитель Мамука Мдинарадзе не сомневается и говорит, что «если кандидатуру Ираклия Шотадзе будет выдвинута Прокурорским советом, я ее поддержку… команда также примет это мнение».

Ветер дует в ту сторону, что весы склонились в стоорону именно Ираклия Шотадзе. Прежде чем Шотадзе вернется в кресло главного прокурора, мы попытаемся дать вам возможность, заглянуть в его «личное дело».

Как выбирают генерального прокурора?

Согласно Органическому закону Грузии о прокуратуре, с целью избрания генерального прокурора Прокурорский совет проводит консультации с академическими кругами, представителями гражданского общества и специалистами отрасли права в течение одного месяца. Кандидатура Шотадзе была представлена в совет Техническим Университетом Грузии. После этого Совет избирает не менее трех кандидатов, по которым будут голосовать раздельно. Кандидат, получивший наибольшее количество голосов во время тайного голосования (но не менее двух третей членов совета), будет представлен в Парламент Грузии. Парламент может одобрить кандидата простым большинством (76 голосов), а в случае провала кандидатуры процедура начинается заново. У Грузинской мечты в Парламенте есть более 90 депутатов, поэтому вряд ли правящей партии будет сложно избрать Шотадзе.

Дело убийства на улице Хорава

27 мая 2018 года Тбилисский городской суд поменял квалификацию дела убитого Давида Саралидзе с убийства на попытку убийства. Решение суда вызвало массовые демонстрации на улицах Тбилиси. Заза Саралидзе, отец убитого подростка, требовал наказания «настоящих убийц» своего сына, погибшего в результате уличной разборки в декабре 2017 года. Саралидзе обвинил сотрудника прокуратуры Мирзу Субелиани и сказал, что он покрывал своего племянника Михаила Каландия (главного свидетеля по делу). Ираклий Шотадзе последовал требованию протестующих и подал в отставку. Парламентская следственная комиссия, которая изучала это дело, в действиях Шотадзе обнаружила признаки служебной халатности, так же как и признаки злоупотребления полномочиями. Комиссия призвала следственные органы возбудить дело против Михаила Каландия. 6 июня суд в качестве меры пресечения избрал для Каландия предварительное заключение по обвинению убийства Давида Саралидзе групповым образом, при отягчающих обстоятельствах. 9 июня также был задержан дядя Каландия Мирза Субелиани по обвинению в неоповещении о преступлении и оказания воздействия на свидетелей.

Имя Субелиани стало известно широкой общественности перед президентскими выборами 2018 года, когда телекомпания «Рустави-2», а затем прокуратура опубликовали секретные аудиозаписи. Согласно записям, Субелиани брал на себя роль посредника между высокопоставленными сотрудниками правоохранительных органов. В числе этих чиновников же оказались также Ираклий Шотадзе и еще один бывший главный прокурор Отар Парцхаладзе, которому пришлось уйти в отставку с занимаемой должности всего спустя шесть месяцев после назначения, которого часто обвиняли в покровительстве Шотадзе и нездоровом влиянии на него.

Отар Парцхаладзе оказался в центре внимания общества также в мае 2017 года, когда напал и физически расправился с тогдашним председателем Службы государственного аудита Лашу Тодрия.

Дело о цианиде

Публичное заявление Ираклия Шотадзе на специальной пресс-конференции 13 февраля 2017 года шокировало верующих в стране. Прокуратура задержала протоиерея Грузинской Православной Церкви Георгия Мамаладзе по обвинению планирования убийства «священнослужителя высокой иерархии». По заявлению Шотадзе, информацию следственным органам представил «один гражданин», к которому Мамаладзе обращался с просьбой помочь в приобретении цианида натрия (ядовитого вещества). По словам главного прокурора, Мамаладзе задержали в Тбилисском аэропорту, откуда подозреваемый пытался вылететь в Берлин. Тогда Католикос-Патриарх всея Грузии Илия II находился в Берлине на лечении, что вызвало у значительной части общественности разумные подозрения относительно потенциальной жертвы Мамаладзе. Однако через несколько дней прокуратура уточнила, что мишенью было «одно из лиц из окружения» Патриарха.

Судебный процесс был закрыт для общественности, что вызвало много вопросов об обстоятельствах дела. В сентябре того же года суд признал Георгия Мамаладзе виновным в подготовке убийства Шорены Тетруашвили, секретаря-референта Патриарха, и приговорил его к девяти годам лишения свободы. Адвокаты Мамаладзе обжаловали приговор сначала в вышестоящих инстанциях, а затем в Европейском суде по правам человека (Страсбург). Народный защитник Грузии, так же как и многие неправительственные организации неоднократно критиковали ход дела за недостаточность доказательств, нарушение презумпции невиновности и слабое обоснование приговора суда.

В январе 2020 года президент Зурабишвили отклонила ходатайство Священного Синода ГПЦ о помиловании Мамаладзе. В настоящее время Мамаладзе отбывает срок в учреждении по исполнению наказания.

Дело Мухтарлы

30 мая 2017 года международная правозащитная организация «Международная амнистия» (Amnesty International) проинформировала общественность об исчезновении азербайджанского журналиста Афгана Мухтарлы, проживавшего в Тбилиси. Организация утверждала, что Мухтарлы был насильственно доставлен из Грузии в Азербайджан, где, по заявлению организации, ему угрожают пытки и бесчеловечное обращение. «Международная амнистия» указала на причастность грузинских правоохранительных органов к похищению Мухтарлы.

Президент Маргвелашвили назвал похищение журналиста «серьезным вызовом государственности и суверенитету (Грузии)». Вскоре МВД возбудило уголовное дело и приступило к изучению фактов. Премьер-министр Георгий Квирикашвили призвал население к терпению, мол дождитесь расследования и не делайте заранее выводов.

В июле того же года расследование было передано из МВД в Генеральную прокуратуру, вслед за чем последовало увольнение высокодолжностных сотрудников Службы контрразведки и сотрудников Пограничной полиции.

С тех пор дело затянулось. В мае 2018 года, незадолго до своей отставки, Ираклий Шотадзе заявил, что следственные органы прокуратуры допросили многочисленных свидетелей и проверили записи камер наблюдения. Однако, несмотря на это, Шотадзе говорил, что пока ощутимых доказательств у следствия не было.

Госдепартамент США уже два года подряд ставит под сомнение правомерность расследования дела Мухтарлы.

Отклики оппозиции и гражданского общества

С учетом этого, неудивительно, как встретили перспективу возвращения Шотадзе в неправительственных кругах.

Учредитель партии «Лело за Грузию» Мамука Хазарадзе назвал процесс отбора генерального прокурора «каруселью Иванишвили» и добавил, что Грузинская мечта продолжает возвышать отставных чиновников. Один из лидеров Европейской Грузии Гиги Угулава сравнил возможность повторного избрания Шотадзе с «реанимацией» Парцхаладзе. «(Это) реставрация того беззакония, за которое общество вынудило Шотадзе уйти в отставку», — сказал Угулава.

К кандидатуре Шотадзе не благоволят также и НПО. Центр по образованию и мониторингу прав человека (EMC) заявил, что те лица, которые обвиняются в «системном сбое», не должны возвращаться на должности. Объединение более сорока НПО — Коалиция за независимое и прозрачное правосудие – отметила в свою очередь, что процесс назначения генерального прокурора на должность «не основан на политическом консенсусе и не защищен от однопартийного влияния».

Произошедшее недавно противостояние в зале суда во время слушания дела Михаила Каландия указывает на то, что служебная биография Шотадзе вновь неоднократно напомнит о себе.

This post is also available in: English (Английский) ქართული (Грузинский)

Related Articles

Back to top button